ЭКОНОМИЧЕСКАЯ КРИМИНОЛОГИЯ

4 октября 2024 г. криминологическая лаборатория РГПУ им. А. И. Герцена при участии Санкт-Петербургского международного криминологического клуба проводит беседу «Экономическая криминология»

 

С докладом «Безработица, бедность и гиперинфляция как экономические факторы преступности (по материалам Республики Дагестан)» выступит Даци Магомедович Гаджиев – к.ю.н., доцент, заслуженный юрист Республики Дагестан, действительный государственный советник Республики Дагестан 1 класса (в отставке), доцент кафедры уголовного права и государственно-правовых дисциплин Дагестанского государственного университета народного хозяйства (Махачкала, Россия)

 

Беседа пройдёт в смешанном формате

Очное участие: Санкт-Петербург, Наб. реки Мойки, д. 48-50-52АВ, аудитория 222 (юридический факультет РГПУ им. Герцена). Начало в 17.00

ДЛЯ ОЧНОГО УЧАСТИЯ не позднее 02.10.2024 НЕОБХОДИМО ПРИСЛАТЬ НА АДРЕС ЭЛЕКТРОННОЙ ПОЧТЫ Адрес электронной почты защищен от спам-ботов. Для просмотра адреса в вашем браузере должен быть включен Javascript. СВОИ Ф.И.О. (для оформления пропуска на проходной университета).

 

Ссылка для онлайн-участия будет размещена на сайте Клуба за два дня до беседы

 

 

Выжимка из основного доклада

 

 

Д. М. Гаджиев (Махачкала, Россия)[1]

Безработица, бедность и гиперинфляция как экономические факторы преступности (по материалам Республики Дагестан)

 

В настоящее время Республика Дагестан, к сожалению, является депрессивным регионом России. Экономика республики и её социальная сфера находятся в плачевном состоянии. Кризис основных отраслей экономики, начавшийся в СССР в 1970–1980 гг. и особенно сильно проявившийся в 1990-х гг., в Дагестане мы наблюдаем и сегодня. Развитие экономики и производственный потенциал многие десятилетия отстают от роста числа населения. Природные и трудовые ресурсы используются неэффективно.

Безработица – серьёзная проблема для республики. Она существенно сказывается на криминогенной ситуации. Уровень безработицы в Дагестане составляет около 10 %, что значительно выше среднего показателя по России.

К экономическим факторам преступности в республике можно отнести следующие. 1) Ещё в начале 2000-х годов мною было отмечено, что за последние 30 лет более 80 % лиц, привлечённых к уголовной ответственности, не были охвачены общественно-полезным трудом[2]. Сегодня ситуация схожа. В результате мы имеем случаи захвата заложников на автостанциях Махачкалы, требования преступников выплатить им за освобождение людей деньги. Аналогичные преступные факты отмечаются с захватом авиапассажиров. Безработные составляли костяк незаконных вооружённых формирований, совершавших посягательства на жизнь и здоровье граждан, занимавшихся вымогательством у состоятельных лиц (вбросы «флешек»), разбоями и грабежами.

2) Недостаточное развитие экономики и отсутствие новых рабочих мест. Многие предприятия республики закрылись или работают на минимально возможном уровне, новые производства открываются редко. С начала реализации пяти «прорывных» проектов: «Развитие стекольного промышленного кластера», «Развитие плодоовощного кластера в Дагестане», «Развитие Каспийского кластера», «Реализация стратегического проекта «Город обувщиков» и «Развитие транспортно-логистического кластера» создано всего около 900 рабочих мест[3]. Этого явно мало для региона.

3) Отток специалистов из региона. Молодые, но квалифицированные работники часто вынуждены уезжать из республики в другие регионы России в поисках работы: в Москву, Санкт-Петербург, Уренгой. Миграционная ситуация в Дагестане характеризуется устойчивым значительным преобладанием числа уезжающих над числом прибывающих в регион.

4) Плохая подготовка кадров. Многие выпускники вузов и колледжей не обладают необходимыми навыками и знаниями, не могут конкурировать на рынке труда. Вузы не изыскивают возможности для привлечения к преподавательской работе хороших преподавателей, не стремятся обеспечить им достойный уровень заработной платы.

5) Неэффективность государственных программ занятости. Несмотря на существование различных механизмов поддержки безработных, таковые редко достигают своих целей, зачастую из-за бюрократических препон и недостатка финансирования. Контроль за целевым использованием выделенных средств осуществляется плохо. В республиканских министерствах правоохранительные органы выявляют организованные преступные сообщества.

 

 

 

Отклики на выжимку из основного доклада

 

 

Х. Д. Аликперов (Баку, Азербайджанская Республика)[4]

Почему Дагестан, подаривший миру плеяду выдающихся деятелей науки, литературы и искусства, превратился в депрессивный регион России?

 

 «…Когда я окажусь на свете том

 И встречу там войной убитых братьев:

 – Ну, как страна? Как Родина? Как дом?

 Впервые им захочется солгать мне…»

Расул Гамзатов

 

С болью в душе читал горькие, как полынь, тезисы доклада уважаемого Даци Магомедовича, посвящённые сложному социально-экономическому положению в Дагестане и его влиянию на криминогенную ситуацию в этой хлебосольной республике, подарившей миру плеяду выдающихся деятелей науки и искусства, легендарных поэтов и военачальников, в том числе десятки Героев Советского Союза и Российской Федерации, причём некоторые из них удостаивались этого звания дважды (к примеру, дважды Герой Советского Союза Ахмет-хан Султан).

Откровенно говоря, ознакомление с презентацией докладчика повергло моё сознание в ступор (отсюда и причина данного запоздалого отклика), так как мой когнитивный аппарат и здравый смысл напрочь отказывались воспринимать как данность то удручающее социально-экономическое положение и крайне сложную криминогенную ситуацию, в которой оказался Дагестан сегодня. В частности, меня мучает такой вопрос: почему в столь богатой талантами, орденоносной республике процветают социальное неравенство, коррупция, гиперинфляция, «распил» бюджета, теневая экономика и т.д., в результате чего в Дагестане перманентно растёт число безработных и лиц, живущих за чертой бедности (сегодня в Дагестане свыше 450 тыс. нищих[5]), численность которых по своим параметрам значительно превышает средние показатели по России?

Как могла произойти такая ситуация, когда наследники великого Расула Гамзатова хладнокровно расстреливают в центре Махачкалы своих сограждан и в результате погибают десятки ни в чём не повинных людей?[6] Чем можно объяснить тот печальный факт, что свыше 25 % экономически активного населения Дагестана сегодня безработные (около 200 тыс. чел.), а значительная часть граждан республики бедствует? Ведь природа наделила Дагестан и плодородными землями, и талантливым народом, и полезными ископаемыми (нефть, газ, уголь)[7]?

Вследствие каких управленческих промахов руководителей Дагестана республика-донор (до 1991 г.) превратилась в хронический дотационный субъект РФ (дотируется до 75 % из федерального бюджета)?

Словом, за леденящими кровь сухими цифрами и печальными фактами, приведёнными Даци Магомедовичем в своих тезисах, я вижу не только крик души этого известного на постсоветском пространстве криминолога, но и воспринимаю это как глас вопиющего в пустыне…

Судя по тезисам Д. М. Гаджиева, его доклад композиционно состоит из четырёх взаимосвязанных блоков: экономического, социального, религиозного и криминологического. В каждом из них автор на основе неопровержимых фактов показывает корреляционную связь между сложной криминогенной обстановкой в Дагестане и деградирующей экономикой, безработицей и нищетой значительной части населения республики. Я полностью разделяю мнение Даци Магомедовича о том, что «дагестанская безработица[8] – это серьёзная проблема, которая влияет на криминальную ситуацию, экономическое и социальное благополучие республики».

Мне представляются достаточно обоснованными и его выводы о результатах проводимых в Дагестане пяти так называемых «прорывных» социально-экономических проектах: «Развитие стекольного промышленного кластера», «Развитие плодоовощного кластера в Дагестане», «Развитие Каспийского кластера», «Реализация стратегического проекта «Город обувщиков» и «Развитие транспортно-логистического кластера», которые, как это продемонстрировано в тезисах, были просто смехотворными.

При анализе современного положения дел в Дагестане возникает вопрос, ответ на который не вписывается в рамки элементарной логики: почему после М. М. Магомедова (с 1984 по 2006 г. высшее должностное лицо в Дагестане) Центр так часто менял главу Республики Дагестан (семь раз за последние 18 лет)? Ведь подобная чехарда с руководителем республики самым отрицательным образом отражается не только на социально-экономических показателях и стабильности кадровой политики, но и на социально-психологической атмосфере в республике, в том числе и на состоянии преступности.

Как показывает анализ деятельности каждого из назначенцев на пост руководителя Дагестана, ни одному из них так и не удалось стать для республики даже тенью Ли Куан Ю, сотворившего сингапурское экономическое чудо, или Дэна Сяопина, благодаря многоуровневой программе которого Китай кардинально перестроил свою экономику и через короткий по меркам истории временной промежуток из отсталой аграрной страны превратился во вторую экономику мира. Как процветали в Дагестане коррупция, теневая экономика, безработица и нищета, так они и цветут в республике после кратковременного пребывания руководителей субъекта в уютном кресле главы этой северокавказской республики.

Без коренных реформ всех без исключения пластов государственного устройства этой республики невозможно вытащить дагестанский народ из того омута, в котором он оказался исключительно в результате бездарной деятельности руководителей-временщиков.

С учётом изложенного и принимая во внимание широкое распространение в Дагестане такого деструктивного феномена, как клановость, быть может настало время задуматься о целесообразности введения в республике внешнего управляющего (федерального протектората) со своей командой для прикрытия стратегически важных сфер жизнедеятельности дагестанского общества (суд, прокуратура, МВД, ФСБ, экономический и социальный блоки, в т.ч. здравоохранение, образование и т.д.). Может быть, Центру удастся найти российского Дэна Сяопина, который сможет вытащить Дагестан из того болота, куда его загнали чиновники?

В заключение хочу поздравить уважаемого Даци Магомедовича с наступающим 75-летием и пожелать ему дальнейших творческих успехов!

 

 

Н. А. Крайнова (Севастополь, Россия)[9]

Некоторые рассуждения об экономических детерминантах современной преступности в России

 

Познание причин и условий преступного поведения является важнейшей составляющей преступностиведения. За многовековой период исследования этого вопроса определились несколько основных групп детерминант: экономические, социальные, политические, организационно-управленческие, правовые, духовно-нравственные, психологические. Безусловно, по значимости первое место в этом ряду занимают экономические детерминанты. В этой связи обращение докладчика к исследованию данной проблематики представляется весьма актуальным.

В тезисах своего доклада Даци Магомедович Гаджиев обращает внимание на экономические факторы преступности в преломлении к современной ситуации в Республике Дагестан. Он обозначает кризисные явления, начало которым было положено ещё в 1990-е годы, а попытки преодолеть негативную ситуацию, к сожалению, положительными результатами не увенчались. Докладчик называет Дагестан «депрессивным регионом России» и предлагает задуматься об экономических факторах, способствующих росту преступности в регионе.

Статистические данные 2023 г. о состоянии преступности в Дагестане свидетельствуют о среднем уровне преступности в этом субъекте России (республика уже второй год занимает третье место среди других субъектов РФ): количество преступлений на 10 тыс. жителей составляет 43,7 (например, в Севастополе 113,7; в Санкт-Петербурге 119,7). В 2023 г., по сравнению с 2022 г., количество зарегистрированных преступлений в республике снизилось на 2,4 % (в Севастополе выросло на 1,2 %, в Санкт-Петербурге – на 6,4 %). Количество тяжких и особо тяжких преступлений за этот же период снизилось на 4,1 % (в Севастополе увеличилось на 13,1 %, в Санкт-Петербурге – на 11,1 %)[10]. Такие показатели преступности в сопоставлении с данными об экономической ситуации в регионе заслуживают анализа и осмысления.

Проведённый Даци Магомедовичем факторный анализ демонстрирует весьма печальную картину – экономический упадок в республике: безработица, бедность, гиперинфляция. Однако это не позволяет чётко увязать между собой обозначенные явления и определённые виды преступности. Так, совершенно справедливо об этом говорит Д. А. Шестаков, акцентируя внимание на причинном комплексе терактов, совершённых 23 июня 2024 г. в Махачкале и Дербенте[11]. Рассматривая ситуацию в совокупности с терактом, совершённым в этот же день в г. Севастополе, причинный комплекс совершённых преступлений выходит за рамки одного субъекта федерации. Трудно увязывается с общей картиной бедности в регионе и характер некоторых преступлений, совершаемых в Дагестане. Так, по информации ЦОС ФСБ России житель Махачкалы в июле текущего года попытался вывезти 28 кг золота[12]. При нём было обнаружено 54 кустарно изготовленных слитка и лом золотых ювелирных изделий указанным выше общим весом.

Полагаю, что с учётом вышеизложенного следовало бы говорить об экономических детерминантах преступности, обозначая связь между кризисными явлениями в экономике и преступлениями.

Из обозначенных докладчиком экономических факторов преступности следует особо выделить то, что «80 % привлечённых к уголовной ответственности лиц не охвачены общественно-полезным трудом». Не вдаваясь в конкретику, полагаю трудовую занятость таких лиц важным противопреступным средством. В этой связи хотелось бы услышать в ходе предстоящей беседы мнение Д. М. Гаджиева относительно того, каким он видит решение этой проблемы в Дагестане.

Предстоящая беседа в Криминологическом клубе также приурочена к семидесятипятилетнему юбилею докладчика. Хочу от всей души поздравить Даци Магомедовича с приближающимся днём рождения, пожелать ему крепкого здоровья, благополучия, успехов во всех начинаниях!

 

 

А. В. Петровский (Краснодар, Россия)[13]

Познание региональных экономических факторов преступности как важный элемент преступностиведения

 

Анализ экономических факторов преступности в Республике Дагестан, проведённый Даци Магомедовичем Гаджиевым, несомненно заслуживает внимания. В настоящее время появляется не так много научных работ, посвящённых анализу причин и условий преступности и преступного поведения. Это, конечно, плохо, т.к. факторы – это, в первую очередь, объекты профилактического воздействия, которые необходимо исследовать с целью их дальнейшей нейтрализации.

Изучив ряд авторефератов и диссертационных исследований, я сделал вывод о том, что большинство авторов при конкретизации объективных и субъективных криминогенных факторов ограничивается собственными субъективными выводами. Эти выводы зачастую не подкреплены углубленным анализом статистических данных и результатов социологических опросов (анкетирования). Найти работы по криминологии, содержащие корреляционный анализ, позволяющий установить и доказать причинно-следственные зависимости между экономическими, социально-демографическими, управленческими явлениями и преступностью, архисложно. Хотя именно эти связи между фактором и статистическими показателями позволяют утверждать, что первый является причиной либо условием второго.

В Республике Дагестан преобладает сельское население (54,9 %). В Российской Федерации сельское население составляет около 25 %, в Краснодарском крае – 42,8 %. Террористы, совершившие преступления в Дербенте и Махачкале 23.06.2024 г., были сельскими жителями, получали там социальную поддержку. Хотелось бы, чтобы Даци Магомедовичем в докладе дифференцировал экономические аспекты причинности преступности в сельской местности и городах республики.

Информация об экономических факторах преступности в Республике Дагестан безусловно вызывает интерес, так как позволяет получить ответы на ряд вопросов. Например, почему при относительно низких официальных показателях преступности в республике (таблица 1) её количественные и качественные характеристики вызывают опасения?

 

Таблица 1. Коэффициенты преступности и преступлений (на 100 тыс. населения) в Республике Дагестан, Краснодарском крае и России за 2023 г.

 

 

Республика Дагестан

Краснодарский край

Российская Федерация

Всего преступлений

433,6

1278,4

1329,5

Тяжких и особо тяжких преступлений

125,7

372,0

402,2

 

Не является секретом, что клановость – важный элемент культуры и социума в Республике Дагестан. Указанный институт имеет этнокультурный фундамент, основанный на неформальных правилах и традициях. Эта семейно-родственная идентификация ориентирована не только на единение семей, но и на достижение благоприятного социально-экономического либо управленческого положения для членов клана. Исходя из этого, хочется задать вопрос: может быть, клановость, которая считается нормой в республике, как раз и выступает той первопричиной, порождающей безработицу, бедность, беззаконие, отток населения?

 

 

Д. А. Шестаков (Санкт-Петербург, Россия)[14]

В чём состоит преступностиведческая суть кризиса внутрироссийской экономической политики?

 

Даци Магомедович Гаджиев многие годы посвятил практической организации противодействия преступности в Дагестане, а также её теоретическому осмыслению, что нашло выражение в его научных трудах: статьях, книгах[15]. Он многие годы плодотворно сотрудничает с Клубом, выступает на наших беседах, публикует статьи в журнале «Криминология: вчера, сегодня, завтра» по животрепещущим вопросам.

Сейчас внимание политической и экономической отраслей преступностиведения должно быть сосредоточено на войне против России на территории Украины, развязыванию которой поспособствовала глобальная олигархическая власть (ГОВ). В настоящее время война ведётся живой силой, прежде всего, украинцев, а также наёмников из других стран[16], но руководство ею направляется стратегами США.

При всей актуальности военной темы преступностиведам нельзя забывать и о политике внутренней. На мой взгляд, в этой области сказывается зависимость руководства нашей страны от российской олигархии. Постсоветской региональной экономической политике посвящён доклад Даци Магомедовича «Безработица, бедность и гиперинфляция как экономические факторы преступности (по материалам Республики Дагестан)».

Д. М. Гаджиев констатирует кризис основных отраслей экономики Дагестана[17]. Он обращает внимание на криминогенное отставание хозяйства от наблюдаемого роста населения. Уровень безработицы в Дагестане составляет около 10 %, что значительно выше среднего показателя по России. Значительная часть народа беднеет. В поисках работы многие трудоспособные дагестанцы уезжают в Москву, Петербург, Уренгой.

В Дагестане имеют место корыстно мотивированные захваты в заложники пассажиров автобусов и самолётов. Напомню, что в качестве второй из трёх основных причин преступности я рассматриваю противоречие между бедностью и украденным у народа богатством при отсутствии среднего зажиточного слоя (2012). Такие имущественные по своей природе преступления могут быть предопределены собственными внутрироссийскими причинами.

В ином свете предстают теракты, совершённые в Троицу 23 июня 2024 года в Махачкале и Дербенте. В этот день, вероятно по единому плану, боевики напали на православные храмы и синагогу. От преступных действий погибли 20 человек, в том числе сотрудники полиции. Это преступление направлено на разжигание национальной и межконфессиональной розни. Возникают вопросы. Кто заинтересован в таких злодеяниях, творимых в условиях ведущейся против России войны? Кто стоит за спинами головорезов-камикадзе? А. П. Данилов отмечает, что ГОВ и направляемые ею американские мозговые центры неустанно ищут слабые места России для нанесения по ним удара[18].

На обозначенные мною вопросы едва ли можно квалифицированно ответить в отрыве от общей преступностиведческой теории, в частности вне концепции многослойного кратера преступности. Желательно, чтобы в ближайшем будущем наряду с Гаджиевым другие преступностиведы необъятной России воодушевились его примером. На стыке экономического и политического преступностиведения надлежит исследовать политико-криминогенное бытие различных субъектов РФ и разработать соответствующие меры противодействия преступности. Объединённая совокупность этих мер могла бы стать существенным подспорьем для назревающих преобразований.

Предстоящая беседа в Криминологическом клубе приурочена к семидесятипятилетнему юбилею докладчика. Дорогой Даци Магомедович! Примите мои сердечные поздравления, пожелания здоровья и благодарность за Вашу плодотворную научную деятельность в Санкт-Петербургском международном криминологическом клубе

 

 

 

Ждём Ваши отклики на доклад, Вы можете присылать их на адрес электронной почты Адрес электронной почты защищен от спам-ботов. Для просмотра адреса в вашем браузере должен быть включен Javascript.

 

[1] Даци Магомедович Гаджиев – к.ю.н., доцент, заслуженный юрист Республики Дагестан, доцент кафедры уголовного права и государственно-правовых дисциплин Дагестанского государственного университета народного хозяйства (Махачкала, Россия); e-mail: Адрес электронной почты защищен от спам-ботов. Для просмотра адреса в вашем браузере должен быть включен Javascript.

[2] Гаджиев Д. М. Власть и особенности предупреждения преступности в Республике Дагестан: монография / Администрация Президента и Правительства Республики Дагестан. Махачкала: Республиканская газетно-журнальная типография, 2007. С. 58.

[3]Порядка 900 рабочих мест создано в Дагестане с начала реализации прорывных проектов. https://riadagestan.ru/news/the_government_of_the/poryadka_900_rabochikh_mest_sozdano_v_dagestane_s_nachala_realizatsii_proryvnykh_proektov/?ysclid=lw0gaj801d599645722 (дата обращения: 25.06.2024).

[4] Ханлар Джафарович Аликперов – д.ю.н., профессор, директор Центра правовых исследований (Баку, Азербайджанская Республика); e-mail: Адрес электронной почты защищен от спам-ботов. Для просмотра адреса в вашем браузере должен быть включен Javascript.

[5] Об этом подробно см.: Саадуева У. Удочка для бедных. Поможет ли новый соцпроект побороть нищету? URL: https://dag.aif.ru/society/udochka_dlya_bednyh_pomozhet_li_novyy_socproekt_poborot_nishchetu?ysclid=lvzhjfaqgu758096627 (дата обращения: 18.07.2024).

[6] Кровавые теракты в Дербенте и Махачкале, произошедшие 23 июня 2024 г.

[7] Республика Дагестан богата минерально-сырьевыми ресурсами: нефтью и газом, углём и горючими сланцами, а в южном Дагестане (Кизил-Дере) находится самое большое на Северном Кавказе медно-колчеданное месторождение. Благодаря этому в советское время в этой республике извлекаемые запасы нефти и конденсата составляли около 14 млн тонн, что полностью удовлетворяло внутренние потребности, а в 2013 году – всего 149 тыс. тонн нефти и 27,5 млн м3 газа, при потребности республики в 500 тыс. тонн нефтепродуктов, что соответствует 4 млн тонн нефти.

[8] По данным автора, уровень безработицы в Дагестане составляет около 10 %, что значительно выше среднего показателя по России.

[9] Надежда Александровна Крайнова – кандидат юридических наук, доцент, член Совета Санкт-Петербургского международного криминологического клуба, заведующий кафедрой «Уголовное право и процесс» Севастопольского государственного университета (Севастополь, Россия); e-mail: Адрес электронной почты защищен от спам-ботов. Для просмотра адреса в вашем браузере должен быть включен Javascript.

[10] Рейтинг регионов РФ по преступности – итоги 2023 года. URL: https://riarating.ru/infografika/20240122/630256247.html (дата обращения: 14.07.2024).

[11] Шестаков Д. А. В чём состоит преступностиведческая суть кризиса внутрироссийской экономической политики? URL: https://www.criminologyclub.ru/home/forthcoming-sessions/475-ekonomicheskaya-kriminologiya (дата обращения: 14.07.2024).

[12] Бойко А. Житель Махачкалы пытался незаметно пронести в самолет 28 килограммов золота. URL: https://www.kp.ru/daily/27606/4957387/(дата обращения: 14.07.2024).

[13] Антон Владимирович Петровский – к.ю.н., доцент, доцент кафедры уголовного права и криминологии Кубанского государственного университета (Краснодар, Россия); e-mail: Адрес электронной почты защищен от спам-ботов. Для просмотра адреса в вашем браузере должен быть включен Javascript.

[14] Дмитрий Анатольевич Шестаков – д.ю.н., профессор, заслуженный деятель науки Российской Федерации, соучредитель и президент Санкт-Петербургского международного криминологического клуба, заведующий криминологической лабораторией РГПУ им. А. И. Герцена (Санкт-Петербург, Россия); e-mail: Адрес электронной почты защищен от спам-ботов. Для просмотра адреса в вашем браузере должен быть включен Javascript.

[15] Гаджиев Д. М. Власть и особенности предупреждения преступности в Республике Дагестан. Махачкала: Республиканская газетно-журнальная типография, 2007; его: Криминологическая характеристика и предупреждение преступности в Республике Дагестан. Специальный курс. М.: Российская правовая академия Минюста России, 2010.

[16] Особую криминогенную роль играет подогреваемая национальной спесью Польша. Ненамного лучше выглядит Литва, не раз на протяжении истории объединявшаяся с Польшей в Речь Посполитую.

[17] См. также: Гаджиев Д.  М. Криминализация экономических отношений в Республике Дагестан: состояние, причины и меры противодействия // Известия высших учебных заведений. Северо-Кавказский регион. Общественные науки. 2014. № 3 (181).

[18] Данилов А. П. Политическая криминология об активной фазе войны глобальной олигархической власти против России. URL: https://www.criminologyclub.ru/home/the-last-sessions/465-vojna-globalnoj-oligarkhicheskoj-vlasti-protiv-rossii (дата обращения: 28.06.2024).